Дмитрий Медведев, президент/премьер-министр России:

Мне просто противно об этом говорить

— Как глава государства я не буду комментировать юридическую сторону, потому что идет следствие, и я всегда старался избегать юридических комментариев до той поры, пока нет обвинительного или оправдательного приговора. Если говорить о моей позиции как воцерковленного человека, я скажу очень аккуратно, чтобы никого не обижать. На мой взгляд, участники того, что было сделано, получили ровно то, на что рассчитывали,— популярность.

201226 апрелясайт президента России

— Если говорить о содержании проступка. Я бы не хотел подменять судью, но, с моей точки зрения, той кары, которую они уже понесли, того содержания в условиях тюрьмы на протяжении довольно значительного периода времени вполне достаточно, чтобы они призадумались о том, что произошло в их жизни по их глупости или каким-то другим причинам. Поэтому пролонгация вот этого, продление содержания в условиях тюрьмы применительно к этому случаю мне кажется непродуктивным. Здесь вполне, на мой взгляд, было бы достаточно условного наказания, с учётом уже того времени, которое было ими проведено в условиях крайнего стеснения, в условиях тюремного заключения.

Если говорить об эмоциональной стороне, я на эту тему не говорил, но скажу. Откровенно говоря, меня... извините, может быть, выражусь не вполне парламентским образом, но я скажу: меня тошнит и от того, что они сделали, и от их внешнего облика, и от той истерики, которая сопровождает всё, что произошло. Мне просто противно об этом говорить. Вот это моё личное отношение.

201212 сентябрясайт партии «Единая Россия»

— Я сказал довольно давно: мне очень неприятны эти фигуры — и внешне, и внутренне, просто крайне отрицательные эмоции вызывают. Настолько отрицательные, что даже говорить о них неприятно. Но в тюрьму я сажать бы их не стал, будучи судьей, просто не считаю правильным, чтобы они отбывали наказание в виде лишения свободы, они и так уже посидели, эти девицы. И хватит, на самом деле. То, что одну освободили, вот ей повезло. Все остальное — в компетенции суда, защиты и соответствующих судебно-прокурорских властей.

20122 ноября«РИА Новости»