Елена Ямпольская, журналист:

Мы интересуемся, чтобы нам прекратили гадить в лицо

— Сегодня, 17 августа, как ожидается, будет объявлен приговор участницам группы Pussy Riot. На момент подписания номера мы могли лишь строить догадки, какой вердикт вынесут в Хамовническом суде Москвы. Есть все резоны думать, что оправдательным он не окажется. А детали не имеют значения. Реальный срок или условный — принципиальна сама безусловность наказания. Прецедент создан. Очереди из желающих плясать и орать перед алтарями явно не наблюдается. Даже за большие деньги — вряд ли. Страх тюрьмы — плохая замена страху Божию, но надо же с чего-то начинать.

Процесс доведен до логического финала — несмотря на чудовищное, непристойное давление изнутри и извне. Восторжествовал не закон. (Как может уголовный кодекс торжествовать? Он просто соблюдается.) Восторжествовало то, что выше закона,— справедливость. Публицист Максим Соколов полагает, что лучше было бы дать хулиганкам по 15 суток, закрыв глаза на место действия, затем поточнее прописать статью в УК и уж в следующий раз… Можно подумать, что в следующий раз гадкий, гнусный, свинский скандал не разгорелся бы. Словно бучу на полземли подняли из-за буквы процесса. Нет — исключительно из-за духа.

Случившееся 21 февраля в храме Христа Спасителя нельзя было стерпеть. Невозможно. Немыслимо. Выше сил человеческих — отпускать за такое с миром, слегка пожурив. В данном случае повторение не может быть родственником учения — ни близким, ни дальним. Раз и навсегда — чтобы не возникло никаких попыток повторить. Чтобы знали: вот до сих пор — валяй, беснуйся, а это — святое, и упаси тебя Бог сюда сунуться, даже думать не смей.

Еще раз: мне лично все равно, отправятся ли «пиарщицы» шить рукавицы для гастарбайтеров или получат условно. Большинству в стране, думаю, тоже. Метрополию мало волнует колониальное будущее трех балаклавоносок. Мы интересуемся, чтобы нам прекратили гадить в лицо. Ладно уж, когда за спиной — привыкли.

Только слепой не видит, что против Церкви сегодня развязана война. Причины ее понятны. Вера — единственное, на чем нынешняя Россия может утвердиться, выбравшись из болота. Только вера способна обратить вспять жуткую криминальную и демографическую статистику, вернуть отчаявшимся — надежду, озверевшим — человеческие лица, народу в целом — ощущение единства. Производные веры — совесть, долг и радость — породят и медали, и марсоходы, и фильмы, которые захочет смотреть страна, и песни, которые будут звучать десятилетиями.

201217 августа«Культура»

— Мы должны объявить новый культурный призыв. Когда часть культурных деятелей поддержала Pussy Riot, я впервые задумалась о том, что необходимо сменить культурную элиту страны. Надо позвать людей из регионов и правильно их сориентировать, а потом сделать из них звезд, новых звезд.

20139 октября«Интерфакс»